Летописец затерянного континента
Форум активно готовится к встрече Нового Года. В праздничном флуде раздают конфетки с предсказаниями, а один из участников внезапно пофантазировал на тему, что бы было, если бы и персонажи тоже готовились к встрече Нового Года...

Главными героями праздника решено было выбрать демона и мал’ах, чтобы продемонстрировать межрасовую дружбу. Решение понравилось всем без исключения, а вот с его реализацией появились некоторые трудности.
Нет, с кандидатурой Деда Мороза проблем не возникло. Аштар правда возражал, говоря, что выбирать на такую роль огненного мага как-то странно, но его возражение были отметены аргументом, что колдовать ему все равно не придется, а возраст тут имеет принципиальное значение.
Услышав этот аргумент, Владыка было воспрял духом, и с надеждой огляделся по сторонам, но тут же скис – Шеен-а-Сераф, правильно уловив, к чему идет, предусмотрительно скрылся в неизвестном направлении. В отместку, Тартхак предложил возложить на него роль Снегурочки, а на возражение, что, мол, на эту роль требуется девушка, заявил, что пора избавляться от предрассудков, и что на Мальсторме равенство полов. Присутствующие при этом дамы скромно промолчали, так как ни одной не улыбалось вместо уютного вечера дома и с ёлкой всю ночь таскаться по Мальсторму с подарками. Их же усилиями, древнейший был стремительно найден и доставлен к месту приготовлений, но, к всеобщему возмущению, ловко вывернулся, заявив, что не тянет не только на внучку, но и на внука Аштара, так как, кто из них старше нужно еще разобраться. Владыка в ответ ехидно предложил ему многострадальную роль Деда Мороза, но с этим уже не согласились окружающие в лице князя, которому не терпелось увидеть Аштара в красном и с бородой. Спорить с многозначительно поглаживающим рукояти клинков Ле Гийоном желающих не нашлось, так как Мирит в это время флегматично дегустировал вина на праздничном столе, поэтому выбор Деда Мороза признали окончательным и не подлежащим изменению.
А вот со Снегурочкой пришлось поломать голову.
Первым претендентом на эту роль был почему-то Тен-эт-Лорел, видимо, в силу природной молчаливости и отсутствия возражений. Но, посмотрев в его добрые глаза и прикинув последствия возможного несовпадения всеобщего мнения о пристойных развлечениях с его мнением, все как-то единодушно решили, что для такой роли лучше всего подойдет Седьмой, у которого и сила и внешность как раз соответствовали. Правда, после озвучивания этого предложения (автор которого скромно затесалась в толпе, предусмотрительно наложив иллюзию на серые крылья), откачивать пришлось не только Седьмого, но и Первого, который, представив Аль’Кората в этой роли, впервые за всю дипломатическую карьеру не смог сдержать совершенно недипломатического хохота.
Отойдя от шока, Седьмой принялся активно возражать, и даже попытался заморозить почему-то Аштара, но, быстро уловив бессмысленность попыток, заявил, что ему, как начальнику, дико некогда заниматься такими пустяками, и что он поручает это дело своему заместителю. Арис-эт-Фаил в свою очередь заявил, что у него тоже есть кому поручить эту почетную миссию, и все взгляды сошлись на Мир-эт-Наале. Лукавая и очаровательная улыбка Господства выражала несомненную готовность выполнить приказ начальства, но вид побуревшего Ле Гийона заставил всех спешно вспомнить, что в таких делах никто не справится лучше, чем непосредственный начальник.
Седьмой, не успевший удрать, затравленно оглянулся и заикнулся было о том, что у него есть еще один кандидат, но наткнувшись на ласковый взгляд Первого, поперхнулся начальным звуком его имени и замолк, судорожно соображая, как вывернуться.
Еще больше ему поплохело при виде Эль’Сианы, торжественно шествующей к нему с кокошником в руках, и он отчаянно принялся маскироваться под стоящую тут же вазу с цветами. Увидев такое дело, на помощь своему пернатому альтер-эго решил прийти Мельхом, и внес на рассмотрение рацпредложение доверить роль Снегурочки Тет-а-Тиа.
На некоторое время воцарилось молчание, так как, на первый взгляд, кандидатура не вызывала нареканий, но тут уже уперся рогом Аштар, заявивший, что согласен строить из себя шута только в компании второго древнейшего.
Вид весьма впечатляющих рогов напомнил окружающим в лице Аризэля, что помимо Деда Мороза и Снегурочки нужны еще и их верные олени. После чего всем пришлось на время прервать обсуждение и дождаться, пока у двух кровников кончатся молнии, огненные шары, лезвия, камни и все прочее, чем они внезапно возжелали друг друга поздравить с наступающим праздником.
Поняв, что выяснение отношений затягивается, прочие жители Мальсторма предпочли отойти в сторонку и продолжить обсуждение без этих двоих. Слово взял князь, предложив всем не пороть горячку и выбрать на роли главных героев праздника Эль’Сиану и Мирита, благо, эти двое работать в команде точно умеют. На роль гномов, таскающих мешки с подарками, князь предложил Элвера и Мируша, мотивируя это тем, что на более такая мелюзга все равно не способна. Это предложение было принято единогласно (если не считать главных фигурантов, которых никто не спрашивал), а вот по поводу предыдущего возникла заминка, так как согласие оружейника было делом сомнительным.
Но, к всеобщему удивлению, Мирит (допивавший пятый кувшин серейнского) на провокационное предложение флегматично согласился, правда, выразил это так цветисто, что идея увяла на корню, так как Дед Мороз с такой лексикой мог довести до обморока слишком нервных. Судя по довольному взгляду оружейника, именно на такой эффект он и рассчитывал, но из-за эфемерности доказательств сего, тему решили благоразумно прикрыть и выбрать Дедом Морозом Ши’Иссу. Этот вариант не понравился уже Эль’Сиане, которая категорически заявила, что согласна только на Рэймонда, который благоразумно прикинулся ветошью и слинял в свое поместье. Попытка сменить Эль’Сиану на Аль’Кейру вызвала возмущение в кои-то веки сошедшихся во мнении Сиятельного Седьмого и его жены, заявивших в один голос, что скомпрометировать свою единственную дочь обществом демонов они не позволят. Предложения о смене личности Деда Мороза на Терзо или Мэйрана никакого эффекта не дали, и в результате было решено выбрать главными фигурантами Рани’Эль и Коша. Но тут как ни странно появились возражения у Аль’Азира, который, несмотря на свою знаменитую рассеянность, вовремя очнулся и заявил, что своей жене участвовать в столь сомнительном предприятии не позволит. Предложение же сделать рокировку и назначить Дедом Морозом и Снегурочкой Аль’Азира и Тессы не встретила понимания уже у самой Рани’Эль.
После того, как последнее предложение было самым решительным образом отвергнуто, присутствующие несколько примолкли, так как все возможные кандидатуры были перебраны и отвергнуты, и обсуждение зашло в тупик.
Выручил благородное собрание как всегда Мельхом, последние несколько минут старательно конспектирующий красочный и богатый на эпитеты диалог все еще обменивающихся колкостями и заклинаниями Аштара и Аризэля, и потому не слышавший последних предложений.
Вынесенный им на рассмотрение вариант вызвал онемение даже у обычно не лезущего за словом в карман Сиятельного Девятого, и, все присутствующие, воспользовавшись этим фактом, быстро и единогласно утвердили названные кандидатуры. Так же единогласно, но уже шепотом было решено доверить Аштару и Аризэлю роли верных оленей. Те, слишком занятые затянувшейся беседой, предложение не услышали, и их молчание было с облегчением сочтено за полное согласие, после чего вся компания отправилась готовить подарки и готовиться к празднику.

...а то, как запихивали в костюмы Шеен-а-Серафа и Бригитту, это уже совсем другая история. Икселиану же досталась самая главная роль – ёлки, и только поэтому он мог наблюдать своими глазами весь этот беспредел…

@темы: Новости игры, Организационное, Творчество, вдохновленное форумом